Россия и ЮНЕСКО
Постоянное представительство России при ЮНЕСКО
Вестник ЮНЕСКО №20'2014
Вестник ЮНЕСКО №20'201460 лет с ЮНЕСКО
 

Русские в Арктике: вечная мерзлота и вечная любовь

Версия для печати

02.08.2013

media/2013/4/rusarkt.jpg

"Земля испытания любви" - так назвали таймырские аборигены место захоронения супругов Прончищевых близ утеса Тумуль. Но эта могила еще и один из многих  "клеймёных столбов" русского присутствия в северных широтах, почти трехвековой свидетель русской отваги при исследовании Арктического мира.

Летопись оставила нам трогательное сказание о том, как Улеб, новгородский посадник, совершил поход от Северной Двины к Карским воротам: "Улеб иде на железнаа ворота из Новгорода и вспять мало их возвратишася, но мнози тамо погибоша". Было это ровно 980 лет назад. Что ж, магнетизм Арктики во все исторические времена невероятно притягивал русский дух и русскую отвагу, тайна северных пространств мистически и пассионарно воздействовала на сознание.

Есть великая череда больших и малых рывков в арктическое пространство, осуществленных русскими первопроходцами во имя постижения тайн природы, открытия и присоединения к государству новых территорий. Здесь стоит вспомнить  такие яркие события, как 150-летие похода экспедиции Павла Крузенштерна на шхуне "Ермак", 100-летие трагического похода Георгия Седова к Северному полюсу, 100-летие похода шхуны "Святая Анна" под командованием Георгия Брусилова, погибшей во льдах, а также 100-летие смелого рывка шхуны "Геркулес" к Шпицбергену под командованием Владимира Русанова.

Ранее Русанову удалось успешно исследовать Новую Землю, а на Шпицбергене - обнаружить богатые залежи каменного угля, установить без малого 30 заявочных столбов, закреплявших за Россией право на добычу угля. Можно было с триумфом возвращаться к родным берегам, но Русанов поддался мечте прояснить вопрос о Северном морском пути и взял курс на восток. Экспедиция погибла, через 22 года ее останки нашли у Таймыра. Известно, что на борту "Геркулеса" была женщина – невеста Русанова француженка Жюльетта Жан, выполнявшая роль лекаря. Многие моряки, помня старое морское поверье, были недовольны присутствием на борту женщины, но делать было нечего…

И это не первый случай, когда на борту русского судна, совершавшего арктическую экспедицию, находилась "роковая" женская персона. В Тарусском музее я видела изящные кожаные туфельки - без задников, на высоком "французском" каблуке в виде рюмочки, пролежавшие почти 270 лет в вечной мерзлоте. Об их хозяйке, Татьяне Прончищевой, жене лейтенанта Василия Прончищева, стоит рассказать подробнее, хотя бы потому, что именно ей суждено было стать первой в мире женщиной-полярной исследовательницей.

История насчитывает 270 лет и начинается весной 1742 года, когда вышел указ императрицы Анны Иоанновны об организации Второй Камчатской экспедиции. И снова главой был назначен капитан-командор Витус Беринг. Это было продолжение "великих дел петровых", ибо Первая Камчатская экспедиция была горячей идеей Петра Великого. Одно из ее достижений - открытие Берингова пролива.

Вторая Камчатская экспедиция, о которой пойдет речь, остается крупнейшим в истории человечества исследовательским проектом, осуществленным силами одного государства. В ней участвовало более пяти тысяч человек, задачи которых были столь грандиозны, что казались невыполнимыми. Практически все участники экспедиции погибли, в том числе и Витус Беринг. Цена северных тайн, которые удавалось вырвать у природы, почти всегда была трагической.

Результаты труда участников экспедиции вызывают изумление и сегодня. Им удалось описать все северные и восточные морские границы России от Архангельска до Охотска, обследовать огромные внутренние пространства Восточной Сибири, Курильские и Алеутские острова, "прощупать" пути в Японию и Америку, открыть многие неизвестные острова. На карту было нанесено российское побережье двух океанов - Северного Ледовитого и Тихого.

Свою армию первопроходцев Беринг поделил на семь отрядов. Командиром одного из них был назначен лейтенант Василий Прончищев. Перед отрядом из 50 человек ставилась задача на дубель-шлюпке "Якутск" пройти через сибирские реки к океану, изучая природу, максимально подробно составляя карту, а потом добраться до Новой Земли, которую в ХI-XII веках открыли новгородские купцы. Кроме матросов, в отряде Прончищева был его друг и однокашник по санкт-петербургской Морской академии штурман, геодезист и иеромонах Семен Челюскин.

Молодой лейтенант отправился в плавание буквально из-под венца и взял с собой жену Татьяну. Это, конечно, было нарушением морской традиции, но так уж случилось. Их поженило большое чувство, и они не хотели расставаться. Эта удивительная пара еще раз доказала миру, что существует на свете великая любовь, всесильная и жертвенная.  

..."Якутск" вышел в море, но вскоре дал течь. В конце августа отряд был вынужден остановиться на зимовку в устье реки Оленёк. Только через одиннадцать месяцев, 3 августа 1736 года, они продолжили поход. Вначале были открыты острова Петра и острова Самуила (сейчас - "Комсомольской правды"), но преградившие путь тяжелые льды и усиливающийся мороз заставили повернуть обратно.  

Прончищеву не повезло - он сломал ногу, следствием чего была мозговая эмболия (диагноз был поставлен уже в наше время, при вскрытии захоронения). Лейтенант лежал в забытьи, и командование отрядом принял на себя Челюскин как старший по званию. На 77-й широте тяжелые льды окончательно преградили дорогу деревянному судну. В эти дни Челюскин записал: "Небо облачно и мрачно, мороз великий и появилась шуга на море, от которой мы в великой опасности, что ежели постоит так тихо одне сутки, то боимся тут и замерзнуть. В глухие льды зашли, что по обе стороны, також и впереди нас великие стоячие гладкие льды. Шли на гребле весел. Однако Боже милостив дай Бог нам способного ветру, то оную шугу разнесло". В конце августа он удачно привел "Якутск" на прошлогоднее зимовье у реки Оленёк.

Василий Прончищев вскоре скончался. Его 26-летняя жена умерла с горя – осталась молва, что ее нашли замерзшей на могиле мужа. "В начале сего 4 часа с полуночи бывшего командира дубель-шлюпки "Якуцка" Прончищева волею Божией жена его умре...", - записал в судовом журнале Челюскин. Татьяну хоронили, когда шел снег. Моряки положили ее в гроб в изящных туфельках, отдавая ей дань как женщине.

Эта история любви заслуживает поклона. Татьяна и Василий, судя по всему, знали друг друга с детства - их отцы служили в одном полку, а родовые имения соседствовали. Молодые оказались той "лебединой парой", которая живет и погибает вместе.

Сегодня мы даже имеем представление о том, как выглядели Василий и Татьяна. Их облик был восстановлен путем идентификации останков и последующей пластической реконструкции, что стало возможным после экспедиции, предпринятой в 2002 году Дмитрием Шпаро. Пара эта была хороша: блондин-красавец с буйными кудрями и хрупкая его темноволосая подруга.

Осталась такая памятная запись о Прончищевых, сделанная через сорок лет после их гибели профессором Герхардом (Федором) Миллером, российским историографом: "Он и его жена, которая от горячей к нему любви поехала с ним в сей трудный морской путь, отправились из зимовья уже весьма больны, а болезнь их день ото дня умножалась... Всякой, кто его знал, засвидетельствует, что он был офицер весьма искусной и прилежной, и для того все об нем сожалели".

...На Крайнем Севере, близ утеса Тумуль в дельте реки Оленек, смотрящего в белую пустыню Ледовитого океана, застыла в вечной мерзлоте "могила для двоих", осененная одним полутонным чугунным крестом. В ней тесно прижались друг к другу два гроба – Василия и Татьяны Прончищевых. Имя Прончищевой носит бухта и полуостров на востоке Таймыра. Именем Прончищева названы мыс, река, озеро, берег на восточной стороне полуострова Таймыр, а также кряж между реками Анабар и Оленёк.  

По весне на этой супружеской могиле расцветают желтые таймырские розы сиверсии, ранние цветы тундры. Это – место паломничества молодоженов, желающих "получить благословение" на вечную любовь и верность...

Но могила Прончищевых – не только "земля испытания любви", как назвали ее местные жители. Это еще и один из многих, как говорили в старину, "клеймёных столбов" российского  присутствия в этих широтах, почти трехвековой свидетель русской отваги при исследовании Арктического мира.

Татьяна Кунина