Россия и ЮНЕСКО
Постоянное представительство России при ЮНЕСКО
Вестник ЮНЕСКО №20'2014
Вестник ЮНЕСКО №20'201460 лет с ЮНЕСКО
 

«Геликон-опера»: факел искусства, зажженный Солнцем

Версия для печати

11.07.2013

Привередливая в своих предпочтениях западная пресса называет "Геликон" самой современной оперной труппой России. Лондонская "Гардиан" пошла еще дальше в похвалах: "Больше, чем Большой..." 

Это – действительно изысканный, модный театр, который московские меломаны считают феноменом. Творческий коллектив многократно премирован "Золотой маской", он лауреат нескольких "Золотых масок». Лауреат разных премий и режиссер Дмитрий Бертман - народный артист России, создатель «Геликона». Труппа гастролировала на всех континентах, и всюду – аплодисменты, восторженная пресса.

Так в чем же феномен «Геликон-оперы», так уверенно утверждающейся в отечественном и мировом музыкальном пространстве?    

 

То, что предлагает зрителям этот художественный коллектив, не является оперой в ее классическом понимании. "Геликон" – синтетический, музыкальный театр, где "вавилонское столпотворение" бесчисленных возможностей сценического искусства гармонизированы оригинальной режиссурой, смелой сценографией. Все здесь, от вешалки - до закрытия занавеса, пронизано духом фантазии, флером безупречного художественного вкуса и чутья.     

Не преступая границ классической оперы, этот театр соединяет в себе завораживающее искусство пения, музыки и танца. В исполнении артистической труппы "Геликона" любой спектакль страстен, свободен от условностей. Представление вызывает взрыв противоречивых чувств. Зажигательное сценическое действие зачастую уносит зрителей за пределы реальности, и те, кто хотя бы раз увидел его, в большинстве своем становятся поклонниками этого театра. Музыка, пение, каждый жест актеров выявляют  удивительную человеческую сущность. Образно говоря, в Геликоне зрители ногами чувствуют землю, руками - небо, а сердцем - режиссерскую идею.          

…А родился  этот театр вдруг, из горячего спора молодых об искусстве. 22-летний выпускник ГИТИСа Дмитрий Бертман решил доказать «даме сердца»,  что поставить оперу - легко, даже не имея никакого театра. В апреле 1990 года его однокурсники -  4 солиста и 5 оркестрантов, почти без репетиций, показали в московском Доме медика - "Мавру" Игоря Стравинского. Это был, в сущности, студенческий  капустник, "спектакль на расставание".  Но после представления его участники вдруг поняли, что расставаться им не надо. И Бертман начал создавать репертуар для  новоиспеченной маленькой  труппы, что было совсем не просто...

Молодых энтузиастов сначала приютили в Доме медика, располагавшемся в старинном особняке, некогда принадлежавшем княгине Шаховской. В этом помещении была особенная аура: здесь в свое время бывали Пушкин, Чайковский, Дебюсси, Рахманинов. Возможно, поэтому и актеры получали в этих стенах особый творческий заряд.

Так театр начал восхождение на солнечную гору Геликон. В Древней Греции, по легенде, певцы и музыканты на этой горе совершали приношения Аполлону. Название театра родилось из этой эллинской традиции, как олимпийский факел, он будто «зажегся» от солнечного луча…

Сегодня «Геликон» - полноценный театральный организм, имеющий все условия для  воплощения смелых идей, неуемной фантазии его творческих генераторов. Театр празднует свой  20-й сезон, «изюминка» которого - опера Сергея Прокофьева "Любовь к трем апельсинам". Этот спектакль зрители смогут увидеть и услышать в последнюю декаду нынешнего октября, 23 числа. «Для юбилейного сезона мы хотели найти радостное "оранжевое" название, поэтому и остановились на опере Сергея Прокофьева "Любовь к трем апельсинам", - рассказал Дмитрий Бертман. -  Не хотелось загружать зрителя концептуальными проблемами серьезных опусов. Хотелось насладиться театром и масками, под которыми легко можно узнать наших современников».

Опера молодого Сергея Прокофьева по сказке Карло Гоцци  это - целая река хорошего настроения, которое композитор умел создавать себе и другим. Прокофьев написал живое современное произведение - сказки всегда актуальны, в этом их непреходящее обаяние, их загадка.                                                                                                                                                                         

В прошедшем сезоне  репертуар театра состоял из 40 названий, было сыграно 198 спектаклей и дано 14 концертов. "Геликон" выпустил пять премьер, в числе которых "Винная кантата" - по мотивам "Кофейной кантаты" Иоганна Себастьяна Баха, опера современного американского композитора Джея Риза "Распутин", детский спектакль "В гостях у оперной сказки". В марте с.г. на фестивале "Аль Бустан" в Бейруте впервые была исполнена концертная программа русских песен и романсов "Калинка", а в июле на сцене Александринского театра в Санкт-Петербурге состоялась премьера первой оперы российского композитора Давида Тухманова "Царица".

Многие находят «Геликон» несколько эпатажным, супер-авангардным, но его режиссер не считает себя авангардистом: «Я – за традиции, - говорит Дмитрий Бертман, - но они должны быть в методе, в подходе. Бич российского театра – зацикленность на критическом реализме, который не дает простора человеческой фантазии. Зрителю неинтересен готовый ответ. Сейчас все в мире меняется, рождаются новые жанры».

А, собственно, для чего и почему все эти творческие искания? Может быть, потому, что в наше время велико могущество всеобщего эгоизма, и Свобода выродилась в какую-то примитивную нищету души? Не здесь ли причины поиска духовного обновления, художественного переворота, который так блестяще удался «Геликону»?

«В режиссуре невозможно достичь совершенства, и в этом ее притягательная сила и… трагедия», - считает Дмитрий Берман. И, тем не менее, творческому коллективу «Геликона» удалось превратить «трагедию» в радость искусства.

«Музыкальный театр – это подтекст». Эту мысль утверждал еще Чайковский. Так получилось, что именно с Ундины» Чайковского, воссозданной  из пепла в буквальном смысле и заявил о себе громко «Геликон». Дело в том, что в 1870 году, после отказа от постановки «Ундины» в Мариинском театре, Чайковский сжег этот свой «неудачный» опус. Но чудом сохранились отрывки «Ундины», восхитившие геликоновцев, которые бросились разыскивать и другие «обрывки» незавершенных опер Чайковского – «Ромео и Джульетта», «Гамлет», «Снегурочка», «Мандрагора». Редчайшие автографы нашли в Клину, где жил великий композитор. При сложении «кусочков», как считают энтузиасты этого необычного музыкального проекта, «произошло мистическое соединение тональностей - знак Высшей Воли». И родилось единое целое – опера «Ундина». Именно эта опера, с ее вневременным сюжетом и космической мистикой, вписала театр в незримый процесс движения современного искусства.

Вскоре последовала и вторая знаковая постановка молодого театра – опера Чайковского «Пиковая дама», принесшая театру громкую славу на родине и первые лавры – за рубежом. «Пиковая дама» в постановке «Геликона» была представлена на Уэксфордском оперно-театральном фестивале в Ирландии, в 1995 году. Блистательная режиссерская идея «карточной игры с антрактом» внесла в геликоновскую версию «Пиковой дамы» мистические интонации. На сцене – вечная игра вечных игроков, которые не умирают, а лишь уходят за кулисы в коронах избранной масти. Игорный зал, становится квинтэссенцией спектакля. Подобными способами в «Геликоне» старались освободить оперу от рутины и скуки.

Одна из главных забот любого музыкального театра – чтобы хорошее пение достигало слушателей с минимальными потерями энергии. В «Геликоне» сложился единственный в мире профессионально танцующий хор, названный остроумцами «хор-де-балет». Не будь этого качества, театру не удалось бы создать оригинальные сцены знаменитых «шлягеров» - «Летучая мышь» Штрауса, «Сказки Гофмана» Оффенбаха, «Фальстаф» Верди, «Кармен» Бизе, «Гершвин-гала» и др.

Когда-то оперу «Леди Макбет Мценского уезда» Дмитрия  Шостаковича, композитора загадочного, сложного, приговорили к сценической смерти. Но «Геликон» любит «воскрешать». Его творческому почерку оказалось необыкновенно близко  произведение Шостаковича,  в партитуре которого синтезирован огромный спектр современных интонационных пластов – от симфонии – до музыки кафешантана. Театр воссоздал также не знавший сцены мини-спектакль Шостаковича «Большая молния».

Рассказывая о «Геликоне», невозможно не вспомнить такой невероятный культурно-исторический факт: русский театр покорил Францию французскими операми. На фестивале «Радио-Франс» в Монпелье «Кармен» Бизе и «Сказки Гофмана» Оффенбаха были представлены в огромном, на 3,5 тысяч зрителей, театре, транслировались в прямом эфире и получили обширную прессу, которая буквально захлебывалась от восторга. Причина успеха, несомненно, - новизна, высокий профессионализм. Сказал же поэт: «Талант – единственная новость, которая всегда нова».

«Как им удается так хорошо петь, одновременно танцуя, играя на сцене?» - вопрошали французские рецензенты. Они сравнивали оркестр театра с оркестром парижской оперы «Опера Бастий», а хор называли «лучшим в мире». Французский журнал «Опера» воспринял появление московского авангардного театра ни более, ни менее как возобновление в Париже знаменитых «Дягилевских сезонов», символа абсолютного искусства.

У театра «Гекикон-опера», несомненно, многообещающая жизненная перспектива. Недаром в труппе – сплошь молодые лица: кто только что окончил консерваторию, а кто – еще студент и шлифует азы вокала в Гнесинском институте. В этом театре – свои критерии отбора артистов. Во всяком случае, талант здесь не упустят. 

Лилия Ковалева